Запад боится быть собой. Израиль - нет
Европе больше нельзя быть Европой. Америке нельзя быть Америкой. Понятно, почему такое раздражение вызывает желание Израиля оставаться Израилем.

Европе больше нельзя быть Европой. Америке нельзя быть Америкой. Понятно, почему такое раздражение вызывает желание Израиля оставаться Израилем.
Почему именно дети из интеллектуальных семей приходят к радикальным левым позициям? Явление распространенное, наблюдается во всем мире.
Они считали, что американским евреям нужна альтернатива ("брейра") политике, продвигаемой произраильскими организациями.
Международные СМИ и пропалестинские активисты игнорировали репрессии, поскольку нельзя было свалить вину на Израиль.
Википедия стала управляться узкой группой сверхактивных редакторов, а потому не обладает достаточным интеллектуальным разнообразием.
Почему активисты, которые уделяют такое внимание правам человека на Западе, гораздо менее склонны применять те же стандарты к антизападным режимам?
Для всех других групп страдания означают необходимость защиты. Для евреев страдания и преследования являются доказательством вины.
МУС просят расследовать, совершали ли они ответчики убийства и пытки, использовали ли мирное население в качестве живого щита.
Бывают ситуации, в которых, чтобы защитить свое мирное население, приходится подвергать опасности мирное население противника.
Аятолла Хомейни сделал эту концепцию частью внешней политики: экспорт революции через "сопротивление угнетению".
Между полной демократией и полной диктатурой есть целый спектр, и подавляющее большинство стран сегодня находятся где-то посередине.
Как только "Хизбалла" запускает ракеты по Израилю, Израиль юридически имеет право ответить военным путем.
Исламистский антисемитизм самый опасный из всех, поскольку это не просто риторика, а идеологическая подготовка к новой Катастрофе.
Обе школы опираются на реальную стратегическую логику, просто каждая из них фокусируется на разных рисках.
Понаехали, завели здесь свои порядки, понастроили своих мечетей, развели тут свой исламизм, требуют в Англии и Франции халифата.
Когда политический язык становится моральным языком, диалог становится невозможным.
ВОЗ сообщает о том, что в 2025 году в Газе было вакцинировано 603.000 детей в возрасте до 10 лет. Получается, что их там больше, чем до войны.
Никакой ответственности. Никаких результатов. Никакой опасности. Только поверхностное негодование и любование своей добродетелью.
О договоре с Египтом: почему другие арабские лидеры не смогли, а Садат смог нарушить сложившийся порядок вещей?
Любой компромисс означал немедленную потерю легитимности, протесты, перевороты, изгнание, убийство (Садат).
Ключевая проблема западных обществ сегодня - не миграция сама по себе, не ислам, и не антисемитизм. А выбор, который сделают элиты.
Антисемитизм сделался символически абсолютным (ужасное преступление), но исторически закрытым, принадлежащим прошлому.
Ислам рассматривался как альтернатива капитализму и советскому коммунизму, энергия сопротивления, "язык угнетенных".
В современной политике никого не повысят в должности за утверждение "мы были неправы", за обещание "пота и крови", за навязывание жестких норм.
Израиль напоминает западной элите о том, чего она делать не хочет, но будет вынуждена.
Могут ли нелиберальные культуры интегрироваться в либеральные? Что происходит, когда ценности меньшинства отвергают нормы большинства?
Цивилизации рушатся не тогда, когда они плохи. Они рушатся тогда, когда перестают верить в то, что они хорошие.
У мужчин был свой герой, даже герои - братья Маккавеи, а у женщин не было. Пока в средние века не появилась история Юдифи.
Маккавеи разрушали греческие алтари в деревнях, насильно обрезали мальчиков и изгоняли эллинизированных евреев с их земли.
Израиль считается европейским белым колониальным проектом. Палестинцы считаются коренным, колонизируемым населением, лишенным земли.