Они хотят немедленно положить конец всем формам иммиграции. А все, кто этнически не относится к северо-европейцам, должны как можно скорее быть депортированы - "настолько гуманным способом, насколько это возможно".
21 век принес с собой новый главный конфликт, который отодвинул на второй план прежний; это конфликт между народами, нациями. Интересы нации стали важнее интересов личности.
Стремясь быть более радикальными, чтобы быть более своими, русскоязычные израильтяне оказывают дурную услугу и себе, и стране. Но настоящая трагедия состоит в том, что 20 лет спустя, можно констатировать печальный факт - "все" стали как "русские".
На региональных выборах в Германии, состоявшихся 13 марта, для многих стали сюрпризом высокие результаты партии "Альтернатива для Германии" (АдГ), известной жесткой антимигрантской позицией.
Израильтяне не готовы отказаться от еврейского характера государства. Как же тогда быть с многокультурностью? Выясняется, что эти вещи не всегда противоречат друг другу.
Проблема для русских националистов состоит в том, что этнический национализм, невозможный, кстати, без определенной гитлероватости, для Запада уже даже не прошлый век, а вообще чумная архаика.
Поскольку оба вида самоидентификации - и индивидуальная, и коллективная - потеряны, немудрено, что отчаяние и ощущение утраты избранного пути охватывают окружающий нас регион.
Восприятие ислама как "религии сильных" привело многих праворадикалов к преклонению перед моджахедами "Имарата Кавказ", которые в то время держали в страхе Ингушетию, совершая теракт за терактом.
Речь идет о евреях, проживающих в разных странах, но озабоченных общей для всех идеей: вырваться из тесных рамок еврейской семьи и проклятья происхождения.
Альтернатива мульткультурному государству - антидемократические шовинистические режимы с привилегированной "титульной нацией" и подавлением этнических, религиозных и расовых меньшинств. Что-то вроде Третьего рейха или ЮАР до отмены сегрегации.
Сколь остро стоит проблема антисемитизма в Украине, движется ли общество в направлении европейских ценностей, какие процессы происходят в стане правых радикалов и почему страна постоянно сравнивает себя с Израилем.
Почему ненависти в онлайне становится все больше? Вероятно, прежде всего, это вызвано тем, что ненависть помогает не задумываться ни автору, ни тем, кто ставят "лайки". Политические метафоры языка вражды это приговоры без суда и следствия.
Странно, что именно сегодня, когда, наконец, начала формироваться украинская политическая нация, страна увековечивает столь неоднозначных персонажей прошлого.
"Национальный фронт" Марин Ле Пен неожиданно подвинул традиционные политические элиты Франции. Получит ли двухпартийная система Пятой республики третий, ультраправый полюс?
Как некогда маргинальной партии, чей основатель называл печи Холокоста "деталью истории", удалось убедить треть французов в своей легитимности и навести страх на весь политический истеблишмент.
Сколь серьезно власть намерена бороться с антисемитизмом и ксенофобией и грозит ли украинскому обществу опасность радикализации.
Нет никаких оснований сомневаться в том, что Барак Обама - радикальный социалист, истово исповедующий крайне леворадикальные взгляды. Он нечто куда более зловещее - негритянский националист.
Майдан, "крымнаш", война в Донбассе – все это случилось, когда я жил в Израиле и руководил службой информации "Девятого канала". "Русская улица" разделилась на противников и сторонников Майдана.
Оправданно ли приравнивать коммунизм к нацизму, почему закон о статусе борцов за независимость Украины лишает УПА исключительности, и в чем корень еврейских претензий к законам о декоммунизации.
Мы подменяем лояльность Израилю лояльностью евреям, даже хуже того - еврейскому национализму. Требуем от собственных сограждан унижения, сервильности, признания своего подчиненного положения.