Коварная война против Израиля
Существуют ситуации, где суду нет места. Война - именно такая ситуация. Война, которую ведут сейчас против нас, - наиболее трудная и коварная из всех войн Израиля.

Существуют ситуации, где суду нет места. Война - именно такая ситуация. Война, которую ведут сейчас против нас, - наиболее трудная и коварная из всех войн Израиля.
Американские атомные боеприпасы в Европе охраняются невооруженными людьми и могут стать легкой добычей исламских фанатиков.
Вопрос в том, чья позиция в итоге возьмет верх - прессы и профильных органов, или же лидеров религиозных сект с их лоббистскими возможностями в самых разных кругах, пока остается открытым.
Мы не террористическая банда, а государство с законами, системой правопорядка, судами, презумпцией невиновности. И не существует таких коврижек, ради которых надо отменить презумпцию невиновности, порядок в армии и юридическую систему правопорядка.
Очевидно, что усиление борьбы с идеологией терроризма и экстремизма, распространяемой псевдорелигиозными террористическими организациями, и нейтрализация пропаганды их вербовщиков являются важнейшими вопросами повестки дня.
Большинство юных джихадистов оказываются завербованы путем группового давления и подражания примерам в кругу близких друзей, а не с помощью неких сигналов от ИГИЛ.
Это глобальная война, не знающая границ. Чтобы выиграть войну, надо назвать своего противника, изучить расположение его армии, характер его вооружений, его сильные и слабые места.
Узнаем ли мы, что произошло в Хевроне на самом деле? На этот счет есть большие сомнения. До сих пор точно не известно, что произошло в мечети при Маарат а-Махпела в 1994 году, когда туда вошел Барух Гольдштейн.
В последние годы центром притяжения исламских радикалов служило ИГ, однако "Аль-Каида" по-прежнему остается сильным брендом. И это неудивительно.
Моленбек и Скарбек под Брюсселем, Сен-Дени в окрестностях Парижа, Нойкельн в черте Берлина, Ринкебю и Хусбю в Стокгольме. Все эти городские окраины объединяет одно: это самые неблагополучные районы европейских столиц.
Умный учится на своих ошибках, - гласит пословица, - мудрый на чужих, а глупый не учится вовсе. Увы, теракты в Брюсселе показали, что бельгийское правительство не оказалось ни мудрым, ни умным.
То, что этот инцидент, касающийся действий армии - и только армии - в тот же день стал предметом широкого общественного обсуждения, а вернее обвинения солдата, превращает это дело из внутриармейского в общественное.
В шуме, поднятом вокруг солдата, застрелившего террориста в Хевроне, как и в прочитанной нами недавно пуримной агаде, многое остается скрытым -"хэстер" - от поверхностного взгляда.
Сегодня все больше и больше европейцев приводят в пример Израиль. Европе нужен израильский опыт, израильские наработки и технологии. Они должны научиться действовать во враждебном окружении.
Не видеть происходящего можно было только при большом желании: публикации о том, что нужно убивать евреев и любых "неверных" распространялись в открытую.
Авигдор Либерман считает, что только наземная операция НАТО способна покончить с терроризмом раз и навсегда. Слова бывшего дипломата можно трактовать по-разному.
В действительности Западная Европа в настоящее время гораздо более безопасна, чем несколько десятилетий назад, и гораздо более безопасна, чем большинство остальных частей света.
Плата кровью слишком нестерпима, чтобы позволять правительствам и журналистам лгать. Пора усвоить, каким образом высокопоставленные уроды обрекают на смерть своих сограждан и соплеменников.
В МВД Бельгии незадолго до терактов утверждали, что объектам ядерной энергетики страны ничего не угрожает. А в бельгийском Центре по анализу угроз (Ocam), комментируя обнаруженную видеозапись, заявили, что это угроза личного характера, которая не касается
Вместо того, чтобы перенимать израильский опыт борьбы с исламским террором, европейские политики требуют от Израиля перенять их беспомощность.